Энтузиазм гомеопатии и история великого энтузиаста (часть 1)
В переводе первой части президентского обращения Джона Генри Кларка (1853–1931) в Британском гомеопатическом обществе (октябрь 1906 г.; перепечатка из Journal of the British Homœopathic Society, январь 1907 г.; London: Homeopathic Publishing Co., p. 3–21) рассматривается «энтузиазм гомеопатии» как движущая сила профессионального сообщества. В предисловии автор благодарит Совет Общества за разрешение на отдельную публикацию и добавляет несколько слов о докторе Джоне Эппсе (обращён в гомеопатию в 1837 г. работой Поля Фрэнсиса Кюри, деда Пьера Кюри; тридцать два года миссионерского труда; среди обращённых — майор Воган Морган, казначей Лондонского гомеопатического госпиталя), сопоставляя его с доктором Мюром и говоря о «политике Горящего Креста». В самом обращении Кларк благодарит за избрание президентом, говорит о гомеопатии как о «ревнивой госпоже», требующей полной отдачи, о её философском, научном и практическом значении, приводит латинскую формулу Homoeopata sum: nihil homoeopathici a me alienum puto, формулирует своё профессиональное кредо («религия — гомеопат, политика — гомеопат, родина — гомеопатия»), вспоминает своего «крёстного отца в гомеопатии» Альфреда Эдварда Хокса и его предшественника Джеймса Комптона Барнетта, описывает свой путь к гомеопатии (Эдинбург, Глазго, Новая Зеландия) и принцип беспристрастности Общества по отношению ко всем направлениям. Отдельный раздел «Да или нет?» посвящён привычке доводить вопросы до однозначного ответа (пример: «подобное лечится подобным — факт или нет?»), различию вопросов кредо и знания, разнообразию индивидуальных путей в гомеопатии. В разделе «Два вида пуритан» описаны два полюса: приверженцы строго прувинговых симптомов и приверженцы «Органона» как Священного писания с принципом одного лекарства в минимальной дозе; автор объявляет себя «вольнодумцем» и настаивает на беспристрастной позиции Общества, приводит афоризм «чем дальше от аллопатии — тем ближе к благодати», говорит о неудовлетворённости собой как стимуле роста, о движении вперёд и вверх, о мучениках и героях энтузиазма гомеопатии, о законах природы как единственных законах энтузиазма.
Ключевые слова: Джон Генри Кларк, Британское гомеопатическое общество, президентское обращение, 1906, 1907, энтузиазм гомеопатии, Джон Эппс, Поль Фрэнсис Кюри, Мюр, Воган Морган, Альфред Эдвард Хокс, Джеймс Комптон Барнетт, Ганеман, «Органон», закон подобия, пуритане, прувинг, минимальная доза, беспристрастность, Горящий Крест, гомеопатическое сообщество.
Для цитирования
Кларк Д.Г. Энтузиазм гомеопатии и история великого энтузиаста (часть 1), 1907 / пер. Е.Н. Славутинской // Российский гомеопатический журнал. – 2020. – Т. 4, №4. – ISSN 2541-8696.
Автор: Д.Г. Кларк (1853–1931)
Перевод: Е.Н. Славутинская
THE ENTHUSIASM OF HOMEOPATHY WITH THE STORY OF A GREAT ENTHUSIAST. By JOHN H. CLARKE, M.D. (Reprinted from the Journal of the British Homœopathic Society, January, 1907). LONDON: HOMEOPATHIC PUBLISHING CO., p. 3–21
Предисловие
Я благодарен Совету Британского гомеопатического общества за разрешение воспроизвести текст моего президентского обращения в октябре 1906 года. Я полагаю, что для нашего общего дела может быть полезным предоставить этому документу самостоятельную жизнь, поскольку он, вероятно, сможет заинтересовать более широкие круги читателей, чем те, которых охватывает журнал, издаваемый Обществом. В истории гомеопатии не следует забывать имя ещё одного нашего соотечественника — доктора Джона Эппса.
В своём обращении я говорил главным образом о докторе Мюре, поэтому в данном предисловии я позволю себе добавить пару слов о докторе Эппсе. Хотя его карьера не может сравниться по своей яркости и универсальности охвата с карьерой доктора Мюра, и он не создал в Новом Свете новую гомеопатическую империю, однако Эппс разжёг неугасимое пламя интереса к великому открытию Ганемана в среде простых людей нашей страны. И Мюр, и Эппс — оба были одинаково беззаветно преданы делу гомеопатии и делу гуманизма, что для них было одно и то же.
Неудивительно, что божественная искра разгорелась в них обоих практически одновременно. Мюр, как мы увидим, стал изучать медицину, потому что сам он излечился при помощи гомеопатии, и в 1836 году получил медицинский диплом. Джон Эппс был обращён в гомеопатию в 1837 году работой ещё одного француза — Поля Фрэнсиса Кюри, дедушки Пьера Кюри, прославившегося открытием радия. С этого момента и до самой своей смерти, тридцать два года спустя, Джон Эппс никогда не прекращал своего миссионерского труда на благо гомеопатии, и в немалой степени именно благодаря его усилиям гомеопатия достигла в нашей стране своей нынешней популярности. Среди его обращённых был, в частности, и майор Воган Морган, чьё служение делу гомеопатии на посту казначея Лондонского гомеопатического госпиталя стало частью истории.
Я представляю на суд читателя своё президентское обращение с пожеланием того, чтобы примеры доктора Мюра и доктора Эппса оставались достойными подражания в наше время и чтобы их политика Горящего Креста вдохновляла наше гомеопатическое сообщество.
Джон Г. Кларк. 8, Болтон-стрит, 10 июля 1907
Дорогие друзья и члены Британского гомеопатического общества, прежде всего позвольте мне выразить искреннюю благодарность за оказанную мне честь избрания на эту высокую должность — благодарность тем более глубокую, что я никак не рассчитывал на это избрание, и оно стало для меня неожиданным. Я принимаю эту честь с огромным удовольствием, потому что вижу в этом нечто большее, чем признание моих личных заслуг. Есть только одна причина, почему вы избрали именно меня, и она состоит в том, что вы видите во мне бескомпромиссного борца и, безусловно, ожидаете, что я и впредь буду соответствовать этой своей репутации.
Позвольте вас заверить, что я готов отдавать все свои силы на службу нашему Обществу столько времени, сколько мне будет позволено оставаться на этом посту, так как знаю, что, служа Обществу, я служу делу гомеопатии. Гомеопатия — ревнивая госпожа, которая не потерпит никакого соперничества. Мой друг доктор Мойр говорил мне на днях, что некие авторитеты утверждали, что никто не сможет достичь высшего ранга в какой-либо игре с мячом, будучи одновременно первым в какой-то иной сфере жизни. Не знаю, можно ли сравнить гомеопатию с игрой в мяч исходя из того, что она имеет дело с шариками, крупинками и круглыми капельками, однако ясно одно — она требует отдачи всей своей энергии от каждого из нас, так же как и от тех многих, кто ещё войдёт в наш круг единомышленников, и пожизненное служение гомеопатии не оставит много сил для занятий чем-то другим.
Гомеопатия — это та госпожа, которой есть все основания гордиться. Будем ли мы считать её философией, естественной наукой или искусством исцеления и спасения жизней — в любом случае мы можем испытывать истинное удовлетворение от того, что посвятили свою жизнь изучению, объяснению и продвижению гомеопатии. Нет другой области человеческих усилий, более плодотворной, чем наша, для человечества и цивилизации, и нет ни одного раздела или аспекта гомеопатии, который не вызывал бы глубокой симпатии и заботы со стороны нашего Общества. И вслед за римским поэтом мы можем сказать: Homoeopata sum: nihil homoeopathici a me alienum puto («Я гомеопат, и ничто гомеопатическое мне не чуждо»).
Если кто-нибудь меня спросит: «В чём твоя религия?» — я отвечу: «Я гомеопат». «Твоя политическая принадлежность?» — «Я гомеопат». «Твоя родина?» — «Гомеопатия». Для меня гомеопатия — это и первое, и второе, и третье, и всё остальное, что ещё может за этим последовать. Это та позиция, которую должно признать это Общество, и, как я понимаю, моё избрание на этот высокий пост как раз и означает, что Общество придерживается именно такой позиции.
Особое удовольствие от избрания на эту должность доставляет мне тот факт, что я наследую её от своего крёстного отца в гомеопатии доктора Альфреда Эдварда Хокса. Прошло уже тридцать лет с тех пор, как он приобщил меня к тайнам нашего искусства — так же, как до этого посвятил в них Джеймса Комптона Барнетта. Надеюсь, что, заступив на этот пост, я не посрамлю имени своего предшественника, в лице которого Британское гомеопатическое общество имело своего самого честного, преданного и продуктивного президента.
Когда я делал свои первые неуверенные шаги на поприще гомеопатии, я думал про себя, что вскоре смогу освоить и применить всё то хорошее, что в ней было, без необходимости отделения от основного профессионального сообщества. Но очень скоро я понял, что заблуждался. Я нашёл в гомеопатии гораздо больше, чем ожидал, и, более того, обнаружил, что если я хочу что-то из этого извлечь, то должен полностью отдать этому свою жизнь, примкнув к тем, кто сделал то же самое. Иными словами, выбора не было: всё — или ничего.
«Да» или «нет»?
Очень полезно, особенно в начале жизни, приобрести привычку отвечать на каждый требующий решения вопрос «да» или «нет». Это может показаться тривиальным, даже общим местом, однако на самом деле это не так легко, как может показаться, и я от всей души советую своим молодым слушателям внимательно об этом подумать. И если вы хорошо вдумаетесь, то осознаете, что девяносто девять человек из ста, когда перед ними встаёт жизненно важный вопрос, уклончиво отвечают «возможно», или, как богослов, который, споткнувшись о какой-нибудь запутанный вопрос в теологии, заявляет в своей проповеди: «Братья, не позволим себе уклониться от этого вопроса. Давайте смело на него посмотрим — и двинемся дальше». И это именно то, что большинство из нас делают всё время, даже не осознавая. Но на этом пути не будет никакого движения вперёд.
Единственная возможность прогресса — это продумывать всё до самого конца, до той точки, когда достаточно будет сказать только «да» или «нет». Подобное лечится подобным — это факт или нет? Вот первый вопрос, на который нужно было ответить. Ответом, очевидно, было абсолютное «да». И поэтому с данным вопросом было покончено навсегда. И этому не надо уже было уделять ни малейшей мысли. Однако из этого вытекало множество других вопросов, на каждый из которых, в свою очередь, нужно было ответить «да» или «нет», после чего они уже не стояли на пути. Но до того, как ответы были найдены, вопросы эти препятствовали дальнейшему движению и могли завести в тупик.
Каждый член данного Общества ответил на первый, самый главный вопрос гомеопатии так же, как и я. Для нас этот ответ давно уже не «возможно», а непреложный факт, установленный раз и навсегда. Это не вопрос кредо, это вопрос знания, ответ на который — вечное «да».
Но что насчёт остальных вопросов? Их множество, и самых разных, и никому из нас они не видятся одинаковым образом и не встают в одном и том же порядке. И это правильно, поскольку все мы устроены по-разному и строим свою работу каждый по-своему. К счастью, гомеопатия — как сама природа — бесконечна в своём разнообразии и своих возможностях, так что каждый из нас может выбрать ту линию, которая наиболее соответствует его таланту. Понимание этого должно пробудить в нас милосердие друг к другу. Будет противоестественно, если все мы будем строить свою практику по одному образцу. Но, расширяя и углубляя наши взаимные симпатии, мы сделаем сильнее и глубже нашу преданность тому делу, которому мы все служим.
Похоже, это моя судьба — выбирать самый долгий путь к цели. Родившись всего в ста тридцати милях от Лондона, я смог увидеть эту землю обетованную только после того, как проехал более шести тысяч миль — через Эдинбург, Глазго и Новую Зеландию. Точно так же судьба заставила меня осваивать гомеопатию, проплыв через её океаны, открыв её континенты, добравшись до дальних островов, прежде чем мне было позволено добраться до нынешней — высшей цели, к которой только может стремиться гомеопат Британии.
Но я не ропщу на судьбу. Судьба сама знает, куда нас ведёт, и правилом моей жизни стало никогда с ней не спорить. Результатом моих странствий стало то, что я в значительной мере избавился от своего провинциализма и ограниченности и теперь могу иметь более широкий и справедливый взгляд, который вы и ожидаете от человека, избранного на эту должность, и который, мне кажется, разделяет и само Общество. Я полагаю, что Общество должно держать в своём поле зрения и способствовать развитию всех направлений гомеопатии, не отдавая ничему предпочтения, независимо от того, насколько резко и горячо спорят друг с другом их представители. И более того, споры эти в высшей степени желательны, и наше Общество, как профессиональное сообщество, не должно принимать ничью сторону в этих дискуссиях, а я, со своей стороны, как ваш президент, приложу все усилия для сохранения такой беспристрастной позиции.
Два вида пуритан
Я обнаружил в гомеопатии два вида пуритан. Хотя сам я не считаю себя пуританином, однако питаю глубокую симпатию ко всем людям этого типа. В гомеопатии они появляются на двух противоположных полюсах. На одном полюсе те, кто в случае болезни отказывается прописывать какое-либо лекарство, которое не вызвало данную болезнь или что-то очень похожее. В то же время пуритане этого типа обычно возражают против назначения лекарственного средства на какой-либо симптом, который не был обнаружен при прувинге на здоровом человеке, или, если они всё-таки назначают такое средство, то чувствуют себя обязанными оправдываться перед аллопатами за своё «прегрешение».
На противоположном полюсе располагаются пуритане иного рода. Для них «Органон» Ганемана — это их Священное писание, в соответствии с которым они в каждом конкретном случае руководствуются только симптомами, независимо от названия заболевания, которым страдает пациент. Эта группа гомеопатов полагает, что единственная добродетель состоит в том, чтобы в каждый момент давать только одно лекарство в минимально возможной дозе.
Имея опыт общения с представителями разных полюсов, я питаю симпатию ко всем категориям пуритан, хотя, должен признаться, себя я считаю в этих вопросах абсолютным вольнодумцем и считаю, что наше Общество, как я уже сказал выше, должно придерживаться такой же позиции.
Каждое направление гомеопатии, включая все их оттенки, равно как и каждый гомеопат, должны иметь возможность мирно «найти своё спасение». Это не столько вопрос того, что верно и что неверно, сколько вопрос индивидуальных возможностей. Среди нас нет ни одного, кто не мог бы научить чему-то остальных, хотя никогда не сможет передать всех своих знаний. Но все мы можем помочь дальнейшему продвижению нашего общего дела. Если кому-то интересна моя личная позиция, то я хочу выразить её в афористичной форме: «чем дальше от аллопатии — тем ближе к благодати», или, если угодно, «чем ближе к аллопатии — тем дальше от благодати».
Но сегодня я здесь не для того, чтобы говорить о конкретных личностях. Все мы — члены одного Общества, и у этого общества есть только один интерес — гомеопатия. И оно воодушевляется только одним общим порывом — энтузиазмом гомеопатии. Каждый искренний труженик, чьей целью является воплощение в жизнь закона гомеопатии, имеет право на содействие и поддержку со стороны нашего Общества. Закон един и слава его. И хотя все мы не можем осуществлять его абсолютно одинаково, как бы мы этого ни хотели, мы все можем стремиться к одному идеалу, и чем более высокую цель мы будем ставить, тем выше будут наши достижения. Однако каждый из нас должен найти свой собственный метод достижения наилучших результатов исходя из своих собственных скромных возможностей.
Правда, нам не стоит слишком недооценивать наши возможности, и, что бы мы ни делали, давайте всегда стремиться к расширению наших границ. По моему мнению, самая большая услуга, которую каждый может оказать своим товарищам, — это вызвать у них неудовлетворённость собой. И чем более неудовлетворёнными вы останетесь после моего сегодняшнего выступления, тем более я буду благодарен. Давно прошли те времена, когда в конце богослужения исполнялось песнопение «Благослови, Господи, сквайра и всю его родню и научи нас, бедняков, знать своё место». Этот гимн аллопатическая аристократия, вероятно, хотела бы услышать от гомеопатов.
Но наше время хвалебных песнопений уже прошло, и лично я в них никогда не участвовал. Что касается «своего места», то у нас его нет — мы должны быть всегда в постоянном движении, и если мне удастся сегодня исполнить свой скромный долг и продвинуть вас вперёд, я буду считать, что моё избрание было не напрасным. «Продвинуть вперёд» — очень важные слова. Движение — это жизнь. И не менее важно, в каком направлении происходит это движение. Не столь важно, к какому направлению гомеопатии мы принадлежим, если мы движемся вперёд, вперёд и вверх, всё дальше от пут и ограничений аллопатии, делая таким образом вклад в развитие нашего искусства и в благоденствие нации. И единственная сила, которая может заставить нас идти вперёд, — это наш энтузиазм, наша увлечённость гомеопатией.
При столкновении различных взглядов «энтузиазм гомеопатии» выдвигается как основополагающий принцип, мотивирующий каждого из нас на борьбу за благополучие нации. В нашем Обществе, как и в других подобных обществах, источником всех усилий в борьбе против болезней человечества, нашей основной движущей силой является энтузиазм гомеопатии. Именно он вдохновлял Ганемана, когда им овладела идея предпринять свой титанический труд, всё величие которого до сих пор не до конца оценено даже его учениками. Эта же увлечённость поддерживала его, когда он подвергался гонениям со стороны своих коллег. В энтузиазме гомеопатии были и свои мученики, и свои герои, и кто скажет, что дело гомеопатии не стоило страданий мучеников? В энтузиазме нет законов, написанных людьми, — есть только законы самой природы.